Der vorliegende Beitrag analysiert die Lagerprosa als ein einzigartiges literarisches Phänomen der russischen Literatur des 20. Jahrhunderts, das unter den extremen Bedingungen stalinistischer Arbeitslager und Repressionen entstand. Die Untersuchung geht der Frage nach, wie die Erfahrung der Inhaftierung die sprachliche Persönlichkeit sowohl professioneller Schriftsteller – wie W. Schalamow und A. Solschenizyn – als auch nicht-professioneller Autoren – wie Je. Ginsburg und Je. Kersnowskaja – geprägt hat. Die Texte dieser Autoren liefern schlüsselartige Erkenntnisse zur Analyse psychologischer, sozialer und individueller Transformationsprozesse während der Lagerhaft. Ein besonderes Augenmerk liegt auf dem metaphorischen Sprachgebrauch in der Gestaltung der Werke. Den Autoren gelingt es, die unaussprechlichen Schrecken des Lagerlebens mithilfe von Metaphern sowohl als stilistische Elemente als auch als Mittel der Neuinterpretation zu fassen. Die Studie untersucht, inwieweit diese Metaphern übergeordnete Themen wie Dehumanisierung, Durchhaltevermögen und moralische Standhaftigkeit widerspiegeln. Darüber hinaus zeigt die Analyse, dass Lagerprosa über reine dokumentarische Zeugenschaft hinausgeht und sich zu einer Form sprachlichen Widerstands und kreativen Überlebens entwickelt. Durch die Untersuchung lexikalischer Entscheidungen und narrativer Strukturen dieser Texte diskutiert der Beitrag Methoden, mit denen die Autoren eine neue literarische Sprache und Ausdrucksform zur Verarbeitung von Trauma und Erinnerung schaffen. Damit leistet die Arbeit einen Beitrag zu einem tieferen Verständnis der Wechselwirkung zwischen persönlicher Erfahrung, sprachlichem Ausdruck und historischer Darstellung in der russischen Literatur.

The paper analyzes camp prose as a unique literary phenomenon in 20th century Russian literature, shaped under the extreme conditions of Stalinists labor camps and repressions. The study looks into the effects of imprisonment on the linguistic personalities of both professional writers, such as V. Shalamov and A. Solzhenitsyn, and non-writers like E. Ginzburg and E. Kersnovskaya. The writings of these authors provide key points for analyzing the psychological, social, and individual transformations the authors experienced during incarceration. The use of metaphorical language in shaping their works is a major area of study. The authors succeed in delineating the unspeakable horrors of camp life by using metaphors as both stylistic elements and tools for reinterpretation. The study analyzes how these metaphors reflect the broader themes of dehumanization, endurance, and moral resilience. In addition, the analysis illustrates that camp prose goes beyond documentary testimony, becoming a means of linguistic resistance and creative survival. By exploring the lexical choices and narrative structures of these texts, the present study discusses methods in which authors build a new literary language and process in and of expressing trauma and memory. In doing this, it contributes to a deeper understanding of the interaction between personal experience, linguistic expression, and historical representation in Russian literature.

Данная статья анализирует лагерную прозу как беспрецедентное литературное явление в русской литературе XX века, сформировавшееся в условиях сталинских репрессий и трудовых лагерей. Исследование рассматривает влияние тюрьмы и лагеря на языковую личность как профессиональных писателей, таких как В. Шаламов и А. Солженицын, так и заключенных, ранее писателями не являвшихся — например, Е. Гинзбург и Е. Керсновской. Тексты этих авторов служат отправной точкой для рассмотрения психологических, социальных и индивидуальных трансформаций, пережитых ими в неволе. Одним из центральных аспектов исследования является метафорический язык произведений. Авторам удается передать невыразимые ужасы лагерной жизни, используя метафоры не только как стилистический приём, но и как инструмент осмысления ситуаций. В исследовании анализируется, как метафоры отражают и более общие темы — обесчеловечивание, выносливость и моральную стойкость. Кроме того, настоящая работа демонстрирует процесс, в результате которого лагерная проза перестает быть лишь документальным свидетельством, превращаясь в форму языкового сопротивления и творческого выживания. Анализируя лексический выбор и нарративную структуру текстов вышеупомянутых авторов, исследование представляет формирование нового литературного языка и способов выражения травмы и памяти. Тем самым данное исследование вносит вклад в более глубокое понимание взаимодействия между личным опытом, языковым выражением и историческим представлением в русской литературе.